Лариса Романова политзаключнная по “делу НРА”.
Обвиняется в совершении серии символических взрывов (без человеческих жертв). Содержится под стражей с февраля 2000 года. В октябре 2005 года выходит на свободу.
...Я считаю, что у "левых" задача сегодня такая: формировать единый фронт соратников по борьбе. Идейные споры пока оставить в стороне. Единение должно быть в действиях. В том числе и в действиях по защите политзаключенных. За решеткой все мы по одну сторону баррикад. К сожалению, кто не прошел тюремной школы, понять эту фишку не в состоянии. Если будет единение нас, самих политзаключенных, тогда можно влиять на наших товарищей на воле. Сближение всех левых радикалов объективно и неизбежно.
Надо не флаги и организации менять, а организовывать сопротивление системе общими усилиями и делить тут, на поле боя, нечего. Глупо сейчас решать, кто в революции будет главный - это дележ шкуры неубитого медведя. Скорее всего, сложится широкий "народный фронт". Принадлежность же к той или иной партии в таком случае не более, чем субъективное пристрастие.
Если заглянуть в историю, то все эти меньшевики, эсеры, большевики… они делились и множились на всяких там съездах за границей, а в практической нелегальной работе в России действовали совместно.
Короче: я за практику, а теория уже в достаточной мере наработана. Без практики теория не имеет смысла. Пора действовать!
Что касается политзащиты, то я предлагаю осуществить левый издательский проект, нечто вроде бюллетеня. В нем оповещать о различных политических акциях и событиях, анализировать новости, ситуацию в стране. Тут же пропагандировать политических заключенных, кто не отказался от своих убеждений. Показывать наглядно, что их положение - не какое-то тюремное прозябание, а борьба с системой на передовой. Надо показать молодежи, что революционное движение - это не майку с портретом Че Гевары нацепить, а оставить "за кадром" свое благополучие в этой жизни. Что этап и тюрьмы - это реально.
Нам нужна боевая отчаянная молодежь, а эстеты на фиг не нужны - от них одно предательство. И вот еще: не должно быть никакого неприятия либералов-правозащитников. Те маломальские права , которые мы имеем перед буржуазным правосудием, были в свое время завоеваны, а не подарены. И если сегодня государство стремится эти права ужать или нарушить, почему бы не привлечь внимание общественности к таким фактам? Я всегда шла к правозащитникам "с открытым забралом" и говорила: "Да, вы - бывшие диссиденты, а мы - левые. Вы за свободу убеждений, свободу слова. Наши мнения и убеждения хотят задавить - разве это не противоречит вашим принципам? Разве в отношении нас не попирают права человека?" В итоге меня понимали правильно, помогали материально, общались с администрацией СИЗО № 77/6 (Москва, женский изолятор в Печатниках - ред.).Пусть у этих людей нет революционных убеждений, но многие из них делают реальные вещи в плане защиты от произвола.
Работу по защите политзаключенных надо вести единой организацией, общими усилиями всех левых. Я вижу два направления политзащиты:
Первое - сбор средств и решение "технических" вопросов (передачи, адвокаты, помощь семьям, поддержка информационная и проч.)
Второе - направление революционно-пропагандистское (под этим термином понимаются боевые акции "прямого действия"). На основе общих дел постепенно сблизятся люди из различных партий и групп. Невозможно заставить разом слиться разрозненные силы политзащиты. Но у нас общие проблемы, и решить их можно лишь сообща.
Что касается меня, то после освобождения я не буду тусоваться возле какой-нибудь карликовой группки и гавкать на всех остальных. Личные дрязги после пяти лет отсидки мне смешны.
13 июня 2005 г. 
