На прошлой неделе в Конакове состоялось судебное заседание по делу милиционеров, избивших молодого парня.
Вечер 12 августа 2005 года, поселок Козлово Конаковского района. Рядом - завидовская резиденция главы государства и президентский полк. Владимир Владимирович Путин под сенью елей (а, может быть, берез, - точно не знаю), наверное, в это время думал, как очистить правоохранительные органы от взяточников и прочих негодяев. А девятнадцатилетний парень Саша Шмидт вышел покататься на роликовых коньках, присланных бабушкой из Германии.
"Мы не звери, мы хуже..."
Время летело быстро. Уже за полночь Сашины друзья разошлись, а сам он отправился к магазину, чтобы купить воды и мороженого. По пути встретил двух знакомых, братьев Николая и Андрея Копыловых. У ребят была полуторалитровая бутылка пива, и Саша сделал пару глотков: очень уж пить хотелось. Посидели на скамейке минут 10-15, поговорили. Вдруг рядом с ними резко затормозил милицейский УАЗик.
Дверь открылась, и оттуда в буквальном смысле вывалился Василий Нестеров. Распространяя вокруг себя аромат перегара, он нетвердой походкой подошел к Николаю и Андрею. Тоном, не терпящим возражений, приказал им забираться в автомобиль.
Ребята были знакомы с этим милиционером, и тем непонятнее для них было его поведение. "Вася, ты что?" - сказал один из парней. Нестеров рассвирепел. Он достал пистолет, дослал патрон в патронник и приставил оружие к голове одного из братьев, требуя лечь на землю. Тот, понятное дело, подчинился. Уложив таким же образом и другого парня, Нестеров обратил внимание на стоящего рядом Сашу.
- Лезь в автомобиль! - приказал он.
Александр возмутился, пообещав пожаловаться в прокуратуру. Василий Нестеров от этих слов пришел в дикую ярость и, свалив Сашу на землю, несколько раз ударил его рукояткой пистолета в затылок. Копыловы, воспользовавшись моментом, сбежали, но Нестеров этого словно и не заметил. Он вытащил из машины своего напарника Валерия Рябова, который, чуть придя в себя, тоже начал избивать Сашу.
- Ребята, вы что, звери?! - пытался воззвать к их совести Александр.
- Мы не звери, мы хуже, - таков был ответ распоясавшихся ментов.
Успокоились они только тогда, когда жертва потеряла сознание. Затащив парня в машину, они поехали в сторону Дома культуры.
Попытка спасения
Невдалеке от здания ДК Нестеров и Рябов обнаружили сбежавших братьев Копыловых. Естественно, снова затащили их в машину. Однако вскоре им сообщили по рации, что в ДК возникла какая-то нештатная ситуация. "Стражи порядка" отправились разбираться, не удосужившись даже толком закрыть двери автомобиля. Николай и Андрей снова воспользовались ситуацией и скрылись. Саша в это время был без сознания.
...Придя в себя, парень понял, что находится в милицейской машине. Увидев, что мучителей нет, он выбрался из УАЗика тем же путем, что и Копыловы. Дополз до ближайших кустов (идти он был не в состоянии), и вдруг его заметили знакомые ребята. Он в двух словах объяснил им ситуацию и попросил вправить руку, которая, по его мнению, была вывихнута. Кто-то из парней дернул за руку, Саша от резкой боли невольно вскрикнул. Крик услышали Нестеров с Рябовым и... Все началось заново. Третий круг
Сашу привезли в завидовское отделение милиции около 6 утра и бросили в КПЗ. Для вытрезвления, как написано в протоколе. Парню было плохо, он просил позвонить родителям, вызвать "скорую". Ответом на его просьбы были только новые удары. "Это за родителей, это за "скорую", - издеваясь, говорили избивавшие. Отпустили Александра только около 16 часов. Добравшись домой, он практически сразу же потерял сознание. Правда, кое-что рассказать успел. Сашина мама тут же отправилась в милицию, где ей категорически заявили, что их сотрудники такого сделать не могли. Женщина пригрозила прокуратурой, на что милицейский чин рассмеялся ей в лицо:
- Не старайтесь, только зря время и бензин потратите. Лучше подумайте о сыне.
А еще офицер тонко намекнул, чтобы мать заодно подумала и о других своих детях. Но женщина не испугалась угроз и все-таки обратилась в прокуратуру.
Через тернии
Уголовное дело появилось не сразу. Сашиной маме пришлось обращаться в областную прокуратуру, и дело было возбуждено только после начальственного втыка "сверху". А расследование, прямо скажем, изобиловало странностями. Многие факты лежали на поверхности, но их словно бы не хотели замечать.
- Мы, например, считаем, что даже протокол задержания был составлен задним числом, - говорит адвокат Александра Тамара Кучма. - Печальное событие произошло раним утром 13 августа, а документ сей датирован 14-м. В нем стоит якобы Сашина подпись, но Александр утверждает, что расписывался он всего два раза: за возвращение вещей, отобранных при доставке в отдел, и за предупреждение о явке в милицию на следующий день. Также я располагаю информацией, что Валерий Рябов постфактум договорился со своим двоюродным братом, попросив его подписаться в качестве "липового" понятого.
Множество вопросов, причем не самых приятных, вызвало и первоначальное медицинское заключение.
- Вечером 13 августа Сашу осмотрел врач-стоматолог, - продолжает Тамара Алексеевна, - и сказал: ничего, мол, отлежится. На следующий день парня отвезли к травматологу. Заключение совершенно не отражало реальной тяжести травм. Ушиб мягких тканей головы - как вам это нравится? Но родители, к счастью, не успокоились и повезли сына в Москву, в НИИ нейрохирургии имени академика Бурденко. Собственно, там его на ноги и поставили. Столичные специалисты пришли к выводу, что у Александра посттравматический арахноидит, явившийся следствием тяжелой черепно-мозговой травмы (серьезное заболевание одной из оболочек головного мозга). Впоследствии ему даже вторую группу инвалидности назначили.
Непонятный процесс
Следствие окончилось в феврале 2006 года, а экспертное заключение из Москвы подоспело несколько позже. Поэтому факт, что парень стал инвалидом, в обвинительное заключение не попал.
- Суд отказывается приобщать эти документы к делу, - возмущается Тамара Алексеевна, - на том основании, что это-де ухудшит положение подсудимых. А о положении потерпевшего кто-нибудь подумал? Вообще местные "светила" говорят, что состояние парня может быть следствием родовой травмы. Или еще смешнее: расшибся, катаясь на роликовых коньках. Что это - профессиональная некомпетентность или все-таки ангажированность? Ведь специалисты из НИИ нейрохирургии, слыша этот детский лепет, просто смеются. Но самое странное и непонятное - почему суд упорно не берет Нестерова и Рябова под стражу. У меня есть данные, что, находясь на свободе, они запугивают свидетелей, по причине неявки которых, кстати, процесс уже откладывался несколько раз.
Свидетелем избиения была девушка - продавщица торговой палатки. Саша утверждает, что пока Нестеров "управлялся" с братьями Копыловыми, он отдал ей некоторые свои вещи, которые впоследствии забрал Рябов. У Тамары Алексеевны есть доказательства, что этой девушке угрожали, причем весьма выразительно. Были угрозы и Сашиной семье.
- Мы обращались с заявлением по поводу угроз, - продолжает адвокат, - но никаких реальных действий по нашему обращению не предпринималось. Нас словно и слышать не хотят! На заседании, состоявшемся 22 ноября, я вновь подала ходатайство о заключении подсудимых под стражу. Суд ходатайство отклонил. Но был и положительный момент: принудительным приводом доставили Копыловых, ранее упорно не являвшихся (интересно, почему? - Прим. авт.). Ребята дали показания, но ведь как избивали Сашу, они действительно не видели! В общем, будем бороться дальше.
...Нестеров и Рябов в милиции больше не работают, что, впрочем, не мешает им действовать через друзей и знакомых. А Саша был вынужден покинуть Козлово, и сейчас место его жительства держится родственниками в строжайшей тайне. Почему - надеюсь, понятно. Здоровье его все еще оставляет желать лучшего. Добьется ли он хотя бы справедливости? Хочется надеяться...

Алексей Нилов