Лица:

Труп (он же Боря и Хозяин). Сектант. Отвергнутая. Отказавшая. Судимый.

Пакет.



ПЕРВАЯ СЦЕНА


(В этой сцене истинным действием является чередование телевизионных звуков с тишиной)


Подворотня. Дверь магазина. Появляется Сектант. Он дергает ручку, стучит в дверь. Ничего.

(все действия героев, пока звучат узнаваемые телевизионные звуки - заставки, мелодии реклам, бессловесные обрывки -- показаны убыстренно, а когда эти общеизвестные призраки не звучат: нормальная скорость).

Некоторое время Сектант перетаптывается на месте. За кадром звучат громкие телевизионные звуки. Сектант звонит куда-то по сотовому, но мы ничего, кроме закадрового телевизионного салата не слышим. Очевидно, сектанту не отвечают и он кладет телефон в карман.

Появляется Отвергнутая. Звуки выключаются.

- Привет - говорит ей Сектант - рад тебя видеть, а ты чего тут делаешь? "Музыка" включается вновь. Мы не слышим, о чем они говорят.

Появляется Отказавшая, вступает в разговор, но мы по-прежнему ничего не слышим. Мешают закадровые звуки-голоса. Буквально на секунду "музыка" прерывается и мы слышим, как Отказавшая говорит: "вообще-то должен подойти Судимый с ключом, он тут утром убирается". Потом "музыка" возвращается и мы снова не слышим убыстренный разговор.

Появляется Судимый, стучит, что-то спрашивает у троих, они отвечают (мы ничего не слышим), достает ключ, открывает дверь. Звуки выключаются и все входят внутрь, крича в темноту помещения: "Боря, ты жив? Боря, не спи!". Зритель смотрит в спины с улицы.



ВТОРАЯ


В безмолвии все четверо стоят в зале магазина, где на стуле, запрокинув голову сидит Боря, Хозяин. Он - Труп (возможно, мы об этом лишь догадываемся по "кипящим" полицейским квадратикам вместо его головы).

Работает, мерцая медитативной заставкой, компьютер. А на окне кровью написано слово "Месть". Они начинают нервно говорить, жестикулировать, но мы не слышим ничего из-за всё того же закадрового телевизионного саундтрека.

Лишь иногда, на мгновение, он выключается и одна из девушек говорит, указывая на кровавое слово на оконном стекле: "Он болен был неизлечимо, ему оставалось-то…, это не убийство по расчету". Снова "музыка". Потом опять Сектант говорит: "да я пришел сюда денег у него занять. Была договоренность". Снова "звуки" и нам не слышно. Они прерываются и Отказавшая говорит:

- Милицию? Очень хорошо… Нравится нам это или нет, но самый явный мотив у Отвергнутой, ведь ей так и не досталось обещанное наследство, и, когда стало известно, что оно так и не достанется …



ТРЕТЬЯ


Зритель видит, как в полутьме Отвергнутая (у неё обнажена грудь, на руках длинные перчатки) поднимает пистолет и дважды стреляет в сидящего Хозяина. Выстрелив, она говорит ему: "Дешевле было согласиться".



ЧЕТВЕРТАЯ (возврат в магазин к Трупу)


Отвергнутая: А с тобой он спал …

Отказавшая: Нет!

Отвергнутая: Ты думаешь, я не знаю? Думала, не знает никто? Он спал с тобой еще в детстве, когда ты вряд ли могла понять, что это вообще такое, за это ты его и ненавидишь до сих пор, это посильнее денег, наследства может влиять…

Пока мы слышим эти слова, видим её, прижатую к книгам за горло мужской рукой спиной к насильнику, вырывающуюся.



ПЯТАЯ


Зритель видит в уже знакомой полутьме Отказавшую в тех же перчатках, стреляет дважды. Говорит: "Надеюсь, вот это тебя удовлетворит".



ШЕСТАЯ (возврат в магазин)


Лицо Отказавшей, она потрясена и временно не может говорить. Потом она пересиливает себя и выдавливает:

- А с тобой он не спал, хотя ты очень этого хотела, ты любила его, и расставляла сети, а он не мог поверить, что это не из-за денег и не реагировал. Извини, я никому не хотела об этом, но теперь … Если бы ты не вела себя так навязчиво, может, сейчас и деньги достались бы тебе.

Пока зритель слушает это, видит:

Отвергнутая обнимает Хозяина сзади, руками, одетыми в длинные перчатки.



СЕДЬМАЯ (Возврат в магазин с трупом)


Телевизионные звуки. Не слышный убыстренный разговор между двумя девушками.

Сектант прерывает их:

- Приятно вас слушать, девочки. Но среди нас, кстати, есть судимый человек, который пытался расстрелять учителей своей школы три года назад и до сих пор у милиции на крючке. А ведь убитый был учителем, ну хорошо, бывшим учителем, и не просто, а творцом той самой системы, по которой учился Судимый, прежде чем взяться за пистолет, который у него тогда, слава богу, отобрали. Надеюсь, они проверят эту версию.

Пока мы слышим это, видим мужской сапог на недовольной голове Судимого, придавленной к столу.



ВОСЬМАЯ


Теперь в той же полутьме с пистолетом Судимый. Два выстрела и стон хозяина. "С днем знаний, господин учитель!" -- говорит Судимый.



ДЕВЯТАЯ (возврат в магазин с трупом)


Судимый: Я тоже надеюсь, что они правильно во всем разберутся, но и ты, милый, вовсе не ангел и имеешь рыльце в пушку. Он дал мне работу и он меня уважал, между прочим, кое-чем со мной делился. Ты думаешь, я не знаю, что он отказался принять веру твоей секты? Или как вы там себя называете? Инструктора по максимальным достижениям? Ты думаешь, он не говорил мне, как ты предлагал ему покаяться, исполнить все обряды и пожертвовать на эту церковь или изменить хотя бы в вашу пользу завещание? Сколько раз ты повторял ему это? Как насчет роли инквизитора-добровольца, дорогой Сектант, или у вас такое не принято? А то ведь всякое болтают…

Пока зритель слушает, видит: светящееся распятие в руках сектанта, которое он маниакально протягивает зрителю.



ДЕСЯТАЯ


В полутьме Сектант дважды стреляет. Стон. "Я просто избавил твою душу от дальнейших грехов" - говорит Сектант.



ОДИННАДЦАТАЯ (возврат в магазин)


Сектант говорит Судимому:

- Господь простит тебя, брат, за такие твои слова.

- Подождите -- говорит Отвергнутая - здесь диск, на нем тоже самое.

Берет с подоконника.

На диске мельче написано кровью или фломастером "Месть". Нашедшая молча вставляет его в работающий компьютер.



ДВЕНАДЦАТЬ


Зритель видит зернистый телеэкран, на котором сидит неизвестный с бумажным пакетом на голове, на пакете нарисовано глумливо улыбающееся лицо.

Он сидит на корточках и, громко говоря, делает руками, как будто фанатеет на рок-концерте или, иногда, некоторые понятия, как будто повторяет их на жестовом языке глухих:

"Не ищите меня. Я в другой стране. У меня другие документы. Я на нелегальном положении. Мой поступок чистый. Это месть той породе, классу, расе, которую … (пара громких закадровых аккордов вместо имени) представлял. Это просто моя месть и всё. Ничего личного.



ТРИНАДЦАТЬ


Мы видим полутьму, где неизвестный (смотрим со спины) подходит с пистолетом к стулу и дважды стреляет, а потом быстро удаляется, сказав: "Мы не были знакомы".



ЧЕТЫРНАДЦАТЬ


Потом смотрим диск дальше, пакет с нарисованным лицом продолжает говорить с компьютерного экрана:

… (пара аккордов вместо имени) всё равно обменял отведенное ему время на вещи, поэтому логично, что и сам он стал вещью с моей помощью, трупом. Это мой акт объявления войны. Чтобы примкнуть к (пара аккордов вместо названия), выбранной мною, я должен был подтвердить серьезность своих намерений, вызвать доверие будущих братьев, бесповоротно себя отрезать, так что против убитого я лично ничего не имею, как уже говорил. Это война, которую такие, как он, ежедневно ведут против нас и вот, иногда, мы отвечаем, делаем ответный выпад, выстрел от имени тех, кому не нужно имени и кто обходится без лица.



ПЯТНАДЦАТЬ


Снова неслышный из-за "телевизионных помех" разговор вокруг трупа.

Отвергнутая звонит куда-то по мобильнику, возможно в милицию. Потом все возвращаются к разговору. В паузе мы слышим:

- Но ведь диск мог заранее оставить тут опять же любой из нас - говорит Отказавшая.

Ещё пара секунд "помех" и неслышного разговора.

- Я думаю, не помешает, пока не приехала милиция, выпить кофе и всё еще раз обсудить - говорит Сектант.

- Кофе? - переспрашивает Отвергнутая.

- Кофе - задумчиво говорит Судимый.

- Кофе! - утвердительно говорит Отказавшая.

Снова вступают известные зрителю и не относящиеся к сюжету "телевизионные голоса". Открывается внутренняя дверь в коридор и там появляется тот самый человек с улыбчивым пакетом на голове и пистолетом в руке. Он стоит так, что мы видим его, а герои фильма пока что нет.

Под громкую телевизионную нарезку мы видим титры, они написаны на майке вооруженного человека-пакета.




Конец



Необходимые примечания:


1. У героев запросто могут быть имена, пока они названы Функциями т.к. они и есть функции.


2. Можно записать все их реплики и речь пакета одним закадровым голосом, чтобы это смотрелось как перевод с какого-то языка, что увеличит остранение.


3. Можно вместо телевизионных "спам-звуков", там, где мы всех героев видим, но не слышим, дать громкий хардкор, но это убавит идею и добавит попсовости.