...Когда с ним стали заниматься рисованием, мальчик показал на изображение фургона и произнес: "А это - машина, на которой мама ездит". Трехлетний малыш помнит этап и тот автозек, который перевозил его вместе с матерью-политзаключенной из тюрьмы в колонию. О другом рисунке, напоминающем клеточки: "Нет, это решеточка такая у мамы, по ней лазить можно". Решетка, о которой говорит малыш, находится в Можайской колонии…
…Перед вынесением приговора по делу НРА я и Ракс произнесли положенные "последние слова", и в этих последних коротких выступлениях застолбили оставшуюся неизменной протестную позицию. Из нас троих, лишенных свободы, третья - Ольга Невская ("Янка") - не произнесла ни слова. Она отказалась от дачи показаний в суде, от данных ею на этапе следствия признательных показаний и не использовала формально "подаренное" буржуйским УК право подсудимого на последнее слово. Она не произносила слов - она совершила Поступок: 14 мая 2003 года вошла в нашу клетку в Мосгорсуде с одиннадцатимесячным сыном на руках.
Игорь Носов родился в дни судебных заседаний, откладывавшихся судьями бесчисленное количество раз в 2002 году. Его мама - Ольга Невская - была арестована 22.02.2000 года, одной из первых по делу НРА. На самом деле не надо быть опытным психологом, чтобы, пользуясь агентурными данными, играть на человеческих слабостях и болезнях. В 2000 она оказалась одна. В одиночной камере. После дачи некоторых признательных показаний, Ольга освободилась под подписку о невыезде. Впоследствии она не раз говорила о том, что была втянута "органами" в какую-то странную игру и не могла выпутаться из сплетенной ими паутины лжи, шантажа и слащавых уверений в… В деле фигурируют - не одно и не два! - ее ходатайства о назначении психолого-психиатрической экспертизы. Но ни одно из них не было удовлетворено вовремя…
Янка не коммунист и не анархист, просто девчонка из тусовки, с сочувствием относящаяся к "зеленым" (экологам - ред.) и "левым". Никто из нас не ждал от нее особой"борьбы за убеждения". Напротив, мы были уверены, что Янка, освободившись, займется созданием семьи, оставив в прошлом свой подростковый экстремизм. Но Янка избрала путь Матери, путь Человека, делая на нем первые робкие шажки вместе с сыном в тюремном дворике посреди чудесного мая 2002 года. "Я не могу быть на свободе,когда вы за решеткой". Каждый день я смотрела с решки вниз в этот двор, как Игорек, почти годовалый политзаключенный, прибавляет свои шажки по этой земле
Администрация СИЗО-6 относилась к Ольге и Игорьку без особого интереса. Приговор уже состоялся, и ФСБ, а соответственно и начальство тюрьмы, потеряло прежний интерес к фигурантам по делу НРА. Неприятности доставляли лишь внутрикамерные конфликты. Например, у Янки была конфронтация с одной зечкой - "мамочкой", которая избивала ребенка на глазах сокамерниц и их детей.
Игорь пробыл в шестом женском изоляторе до марта 2004 года и затем уехал с Ольгой этапом в Можайскую колонию. Накануне этапа Игорь заболел гриппом, у него был жар и слабость. Невзирая на болезнь ребенка, врачи СИЗО отказались отменить этап. В день прибытия Ольги с сыном в Можайск Игоря сразу разлучили с мамой. Его поместили в больницу колонии в тяжелом состоянии, Ольгу - в так называемый карантин, где первое время находятся все вновь прибывшие в зону заключенные. До своего выздоровления Игорь вообще не видел мать - ее туда не пускали. Игорь увидел Янку после перевода из зоновской больницы в ясли ДМРа (Дом матери и ребенка - так называются зоны, в которых содержатся матери- заключенные с детьми - ред.). Образцово- показательная Можайская колония исключительно фальшива даже на фоне иных подобных российских женских зон. Точно так же, как и в других ИК, детей помещают отдельно от матерей, в так называемые Дома матери и ребенка. Но, в отличие от аналогичных колоний, матери- осужденные не обладают правом не заниматься трудом в принудительном порядке и не обладают правом на восьмичасовой рабочий день. Реально работа длится по 12 часов, почти всегда без выходных. Игорь, полтора года неразлучный с мамой, теперь мог видеть ее не более двух часов в сутки.
Игорь чувствовал себя потерянным. Весь день он ждал прихода мамы с работы, молча сидел в сторонке и складывал кубики. Няни-осужденные, работающие в яслях, не могут заменить находящимся в колонии детям их матерей. Они выполняют чисто бытовые функции - мыть, кормить, убирать. Приблизительно 10 детей обслуживает одна няня. Воспитатели в ДМРе не предусмотрены. То есть большую часть времени ваш ребенок проводит в обществе уголовных преступниц… Когда Ольга приходила к сыну, он безудержно плакал, прыгал к ней на руки и не хотел отпускать. Игорю становилось все хуже и хуже. Зам. начальника ДМРа впоследствии подтвердила, что ребенок так и не смог адаптироваться к жизни в колонии. Через 2 месяца, в апреле 2004 года, мальчика забрал отец - Василий Носов, муж Невской. Когда Василий приехал в Можайск, забирать сына домой, Игорь сначала не узнал отца и зло заплакал. Первое время на свободе он был нервным, но домашнюю обстановку вспомнил быстро, почувствовал уверенность в себе, привык к отцу. Игорь с папой приезжают к маме на все положенные заключенной свидания. В первые такие поездки Игорь плакал, увидев знакомых "тетенек" (ментов) из ДМРа. Родители объяснили ему, что больше никто его не отправит в "плохие ясли".
Папа-одиночка (так в шутку называют отца Игоря) всегда с сыном - как раньше всегда рядом была мать. Два дня свидания раз в три месяца они семья. И они семья всегда, невзирая на расстояния, заборы, колючки, бедность, бытовую неустроенность и боль, свою внутреннюю, ни перед кем никогда не показываемую.
