Каждый знает, как проявлялась классовая борьба в деревне в 30-х годах прошлого века: кулаки подкарауливали с обрезом колхозных активистов. А вот расформированы были колхозы, как уверяет нас либеральная пропаганда, без единого выстрела. В Енакиевской исправительной колонии я убедился, что это не так.
Заключенный Ермолов Владимир Анатольевич 1967 г.р. когда-то был моряком, плавал по Каспию. Однако, когда в «независимом» Азербайджане русских стали лишать работы, вернулся в родное село Новоданиловку, где у него оставались родители и родной брат-близнец Валерий. Выяснилось, что очень много за истекшее время переменилось.
Запорожская земля сильна вольнолюбивыми традициями. Здесь во времена Сечи писали знаменитое письмо султану казаки атамана Сирко. Потом содрогались здешние степи под копытами махновской конницы. А вот такого беспредела со стороны властьимущих, какой застал по возвращении Владимир, эти края не видели никогда.
Раньше в Новоданиловке было два колхоза: «имени Шевченко» и «Таврия». В Украине колхозная земля была поделена на паи в 1996 году, хотя колхозы продолжали существовать. Но перед выборами 1999 года, напуганные возможным возвращением к власти коммунистов, кучмовские олигархи решили сделать процесс необратимым и вслед за Столыпиным создать себе опору деревне. В спешном порядке был принят закон «О реформировании коллективных хозяйств». В обоих новоданиловских колхозах появились новые председатели – Могильчак и Данилюк. Действия обоих были на удивление похожи: за год оба хозяйства были совершенно разорены, зато их председатели невероятно обогатились. Параллельно с колхозом, Могильчак регистрируют частное агропромышленное предприятие с таким же названием «имени Шевченко», во главе которого ставит свою жену. Не очень-то юридически грамотные колхозники не сразу поняли, что вся колхозная техника безо всякой арендной платы пашет «на дядю». Земля была роздана арендаторам по принципу «кто больше положит в карман председателя»; животноводство полностью уничтожено путем убоя скота на мясо, а вырученные средства разделены между Могильчаком и его подручными. Долг же колхоза вырос за это время более чем на два миллиона гривен. Могильчак нагло присвоил принадлежащую колхозу курортную базу на берегу Азовского моря; за колхозные средства выкупил кафе, доходы от которого потекли в его личный карман.
Колхозники из паевого имущества получилось лишь то, что побрезговал украсть Могильчак, а зарплата в колхозе им не выплачивалась. Пришлось веем идти батрачить в частное хозяйство жены Могильчака, с которой то официально развелся, но продолжал сожительствовать в гражданском браке. Платил Могильчак копейки, занижая количество и сортность сельхозпродукции. Зато не забывал делиться с администрацией Акимовского района и «правоохранительными» органами, тем более что в местной прокуратуре работал его сын. В друзьях у Могильчака ходили руководитель администрации Евченко, председатель суда Фомин. Однако главным его покровителем являлся бывший работник СБУ В. Крутов: когда последний баллотировался в депутаты в Мелитополе, Могильчак финансировал его избирательную кампанию, не упуская случая похвалиться этим перед колхозниками - чтоб знали и боялись. Сходным образом действовал и председатель колхоза «Таврия» (в котором работала мать братьев Ермоловых) Данилюк, сделавшийся затем депутатом райсовета от Аграрной партии. Данилюк тоже разорил животноводство; продал весь колхозный металлолом и накопил на этом огромное состояние. Все его имущество и торговая сеть были оформлены на подставных лиц и жену, с которой по примеру своего коллеги он развелся, но продолжал сожительствовать. Когда в 1996 г. землю делили на паи, колхозникам «Таврии» были выданы сертификаты, в которых значились, что на каждого приходится по 10,3 га. Однако три года спустя Данилюк взялся сертификаты отбирать, и в них шариковой ручкой переправлял размер пая на 7,8 га. Свои действия мотивировал тем, что за истекшее время появилось около 40 новых пайщиков, которым он распределил около 7 га. Путем урезания паев Данилюк выкроил 495 га земли, из которых около 200 га досталось ему. Дополнительно к этому у него появились еще около 100 га. Когда этот вопрос Данилюку задали на колхозном собрании, тот ответил: «Мне подарили». «Подарили», надо понимать, «мертвые души», которых он включил в число пайщиков. О махинациях Данилюка мать Ермоловых и другие колхозники писали во всевозможные инстанции вплоть до Верховной Рады и премьер-министра. Нарушения были выявлены, однако власти ничего не предпринимали, а затем прислали стандартную отписку, что «факты своего подтверждения не нашли».
Весной 2002 г. Владимир и Валерий Ермоловы и еще несколько бывших колхозников решили создать сельскохозяйственный кооператив на принципах коллективного труда и справедливого распределения продукции и доходов. Фактически речь шла о возрождении колхоза. Узнав об этом, в кооператив запросились со своими паями едва ли не все бывшие колхозники. Ермоловы им отвечали, что для начала размер хозяйства они хотят ограничить 200 га, но если дела пойдут хорошо, то через год примут всех желающих. Был среди участников кооператива и двоюродный брат Ермоловых Есин – бывший главный агроном колхоза «им. Шевченко». Имевший два высших образования (в т.ч. закончивший Тимирязевскую академию в Москве), Есин слыл грамотным человеком, поэтому когда обкраденные Могильчаком колхозники решили добиваться возврата паевого имущества через суд, то оформили на него доверенности на ведение дела. За это Есина особенно ненавидел Могильчак, приговаривая: «У меня с этой гадостью свои счеты». Председателем кооператива был выбран бывший колхозник Алексей Ефремов, 1969 г.р., который одно время работал в Мелитополе телохранителем. Был разработан план развития агропромышленного комплекса с последующим расширением. Разорвало договоры с Могильчаком и вступило в кооператив более двадцати пайщиков.
Поняв, что через год он реально останется без батрацкой рабсилы, Могильчак забеспокоился. В разговоре с Владимиром он обмолвился, что «с регистрацией кооператива у вас все равно ничего не выйдет». Учитывая все связи Могильчака в райадминистрации, выполнить угрозу ему было нетрудно. Чиновники постоянно указывали на неправильное оформление документов. В процессе хождения по кабинетам Владимир услышал от главы администрации Евченко вполне откровенное высказывание: «Для начала нужно было спросить директора КСП им. Шевченко: а нравится ли ему эта самодеятельность». Подключилась к травле и налоговая инспекция. В этом создании препятствий к регистрации кооператива и усмотрела впоследствии Запорожская облпрокуратура мотив к «убийству» Могильчака членами «банды Ермоловых». Как будто никакой другой вины за ним перед колхозниками не числилось.
Следует сразу оговориться, что оба брата Ермоловых свою причастность к инкриминируемым событиям полностью отрицали и на досудебном следствии (несмотря на зверские пытки), и в суде. Поэтому ниже будет излагаться официальная версия. Чья это версия? Первоначально она была версией Запорожской облпрокуратуры, затем ее посчитал доказанной апелляционный суд Запорожской области. Верховный Суд Украины приговор оставил без изменения. Ну а Европейский суд по правам человека в Страсбурге жалобу Владимира Ермолова отклонил как неприемлемую. Таким образом, перед нами версия, можно сказать, всего «цивилизованного сообщества».
Хотя странная это версия. Речь в ней идет о двух убийствах, однако, ни одного трупа нет. Да и смысла кого-то убивать братьям Ермоловым, следует заметить, не было, потому что кооператив «Меркурий», несмотря на козни местной администрации в Акимовке, был без труда зарегистрирован 25 октября 2002 года в областном центре – Запорожье. Да и Могильчака удалось «прижать» вполне законным путем: инициированная Есиным по доверенностям колхозников аудиторская проверка правления КСП им. Шевченко только при поверхностном осмотре документов констатировала, что Могильчак украл у односельчан не менее 600 тыс. гривен. А при углубленном их изучении, по словам руководителя комиссии, эту цифру смело можно было бы умножить на два. Было возбуждено уголовное дело, которое на этот раз дошло до суда, в который Могильчак и должен был явиться 31 января 2003 года…
В ожидании суда Могильчак позвонил Валерию Ефремову, прошипев всего одну фразу: «Вами будет заниматься СБУ», после чего бросил трубку. Сейчас, разумеется, Могильчак, как ни в чем не бывало, процветает. Чего не скажешь этого о кооперативе «Меркурий», четверо из членов которого находятся на нарах.
Итак, официальная версия. В июле 2002 года братья Ермоловы покупают в селе Партизанское, что в Крыму, пистолет «Фроммер» калибра 9 мм с запасным стволом и глушителем. Однако чем-то им пистолет не понравился – самодельный глушитель, что ли, мешал прицельной стрельбе, - поэтому в августе того же года они покупают автомат АК-74.
Еще до описанных событий братья, по мнению суда, якобы пытались убить Могильчака с помощью самодельного яда, незаметно нанесенного на его кожу. Однако в этой бредовой версии мы не поверим даже «цивилизованному сообществу», не говоря уж о запорожских пинкертонах.
Ранним утром 3 сентября в Новоданиловке председатель несостоявшегося кооператива Алексей Ефремов усаживается с автоматом в засаду на свалке, мимо которой ежедневно проезжает Могильчак на своем УАЗике. Следствие и суд утверждают, что Ермоловы велели ему убить Могильчака. Неподалеку в лесополосе поджидает с мотоциклом другой колхозник – Владимир Глазунов, 1956 г.р., чтобы сразу умчать убийцу с места преступления. Когда на дороге появляется УАЗик, Ефремов открывает по нему с расстояния 15-20 метров шквальный огонь, всадив 28 пуль. Однако Могильчак уходит, получив лишь легкие порезы головы осколками стекла.
Сам Могильчак утверждал в суде, что выжил потому, что вовремя упал на пол, и, лежа на полу, продолжал управлять автомобилем: переключал передачи, жал на газ и маневрировал. Поверить в это невозможно: на грунтовой дороге он сразу пошел бы кувырком.
Сломленный пытками Ефремов самого факта обстрела не отрицал. (Все семь месяцев до суда он просидел не в СИЗО, а в местном ИВС, где подвергался пыткам; также местные менты арестовывали его жену, угрожая расправиться с ней и с детьми). При этом, по словам Ефремова, он хотел только напугать Могильчака. Прицельная планка АК-74 – 1000 метров, в то время, как огонь реально велся с 10 метров. Еще с армии Ефремов имел награды и дипломы за отличную стрельбу и, если бы хотел убить – убил бы.
6 ноября пришел черед и второго мироеда – Данилюка. По версии обвинения, около 3 часов ночи братья Ермоловы на мотоцикле «Восток» прибыли к дому Данилюка, что в селе Новоданиловка, ул. Кочергина, 11а. Валерий включил свет в трансформаторной будке, а Владимир перепрыгнул через забор, разбил окно и забросил внутрь дома взрывное устройство. Оно представляло собой обрезок стальной трубы, набитый аммоналом, с добавлением осколочных элементов в виде шайб и гаек. Затем вернулся и замкнул провода на аккумуляторе. Взрывом был полностью разрушен дом Данилюка и все имущество – два телевизора, спальный гарнитур, кондиционер, музыкальный центр и др. Ущерб оценен в 85 780 гривен. Однако, как на грех, Данилюка с женой не оказалось дома. Пострадал только несовершеннолетний сын Данилюка, получивший легкие телесные повреждения.
О мотивах Ермоловых суд утверждает в приговоре: «недовольные тем, что директор ТОВ «Таврия» Данилюк во время реформирования колхоза «Таврия» совершил несправедливый раздел паев между членами КСП (7.5 вместо 10.5), умышленно занизив размер земельного пая их матери, решили его убить посредством взрыва дома».
Однако Ермоловы утверждают, что Данилюк свой дом взорвал сам. Он, мол, давно замышлял на наворованные деньги построить себе две роскошные виллы по евростандарту и с привлечением известных архитекторов, да стыдно было перед односельчанами. Вот и решил прикинуться «погорельцем».
Выводы о том, кто утверждает истину – братья или суд, - мы предоставляем делать читателю. Однако следует заметить, что оба потерпевших – бывшие председатели колхозов – ни малейшего сочувствия у нас не вызывают. Они принадлежат к новому классу сельских эксплуататоров, для которых даже «кулаки» – название слишком мягкое. Это скорее новоявленные помещики, создавшие свои имения путем грабежа односельчан.
В декабре 02 г. в один день в разных местах менты схватили братьев Ермоловых, Ефремова и Есина. Всем им при задержании насовали полные карманы наркотиков, которых те никогда не употребляли (Владимир даже никогда в жизни не курил). Через несколько дней был арестован и Глазунов. Протоколы изъятия наркотиков впоследствии из уголовного дела исчезли. Добиваясь признательных показаний, арестованных на протяжении длительного времени подвергали пыткам. Пытали главным образом электрическим током по ночам. За два месяца пребывания в ИВС Владимир потерял все зубы и облысел. Бывший главный агроном Есин через 18 дней дал показания на своих подельников, был выпущен и переведен в разряд свидетелей. Забравшая себе дело прокуратура Запорожской области (на первом этапе были задействованы местные менты и СБУ) выкинула из него все многочисленные жалобы обвиняемых на применение пыток.
Хотя обстрел машины Могильчака расценивался первоначально как «хулиганство с применением оружия», в итоге оба эпизода были квалифицированы судом как «умышленное убийство», хотя и «через попытку». (Притянутая за уши статья «бандитизм» до суда не дожила). Владимира и Валерия Ермоловых приговори к 12 годам лишения свободы каждого, Алексея Ефремова – к 10 и Владимира Глазунова – к 6 годам лишения свободы.
Собираясь подать жалобу в Конституционный Суд Украины, Владимир сомневается в подлинности полученного из Евросуда отказа. Пришел этот отказ, по словам матери, в каком-то «обычном конверте» и на простом листе бумаги, хотя ранее все документы оттуда приходили на бланках. Местная мафия властьимущих без труда вскрывает на почтамте все интересующие письма, поэтому ответ могли подменить.
Однако даже на примере этого дела нетрудно убедиться, что буржуазная демократия (на страже которой призван стоять Евросуд) – это, на самом деле, диктатура буржуазии. Путем демагогии, фальсификаций, крючкотворства правым все равно признают того, кто украл достаточно для подкупа прокуратуры, суда и органов власти. Так происходит до тех пор, пока власть не начинает рождать винтовка.
