…Вопреки мнению Паши Люзакова, да и очень многих других, тут не лучше, чем в тюрьме, а хуже. Здешняя жизнь в первую очередь страшно бьет по нервам, морально выматывает, хотя я пока стараюсь держаться…
Т
ут в отличие от тюрьмы нет никакой информации. Есть телевизоры, но 90% времени по ним смотрят фильмы с дисков, а остальные 10% — фильмы просто по ТВ, так что посмотреть новости тут практически нереально. Никому, кроме меня, ну и нескольких зэков постарше, это просто не нужно, а более 70% зэков составляет тут молодежь до 30 лет, которую интересуют только фильмы и музыкальные клипы. Так что мне интересно все, и самое главное — нет ли новых репрессий, не раскручиваются ли новые дела и не сажают ли кого-то еще, особенно из знакомых мне людей…
Сейчас я лежу в лагерной больнице, меня положили сюда 31 июля. Осмотрели перед этим три врача, наконец-то заинтересовались ногой и позвоночником… Так что вот лечусь сейчас, делают мне уколы, дают таблетки (большей частью — из тех, что мать мне привезла на свидание). Но особого эффекта это не дает — спина последние дни опять болит сильно, а нога — пока лежу целыми днями, вроде не болит, но стоит только выйти на улицу… Дали мне тут палку (трость), так что теперь хожу с ней, так все-таки легче, особенно по всем этим лестницам спускаться и подниматься.
Климат здесь малоприятный — или жуткая жара на солнце, или вполне ощутимый холод, когда солнца нет, даже в июле-августе, вот сейчас. Свитера мои мне так и не отдали, хотя мать говорила об этом с начальником, и врачи в медсанчасти поддерживают эту мою просьбу… Теплые вещи на зиму прислать мне можно будет не раньше конца сентября, и уж к тому моменту они мне будут нужны позарез. Я здесь просто замерзну зимой и даже еще осенью без этого…
Такие вот у меня дела. Отдельное спасибо за книги, особенно за томик Мандельштама, на воле целиком, полностью и глубоко его прочесть, как я читал, например, Блока, у меня руки не доходили, а здесь как раз времени свободного много… Да, книги тут не входят в общий вес посылок, так что их вроде бы можно слать без ограничений.
Меня очень позабавили вести о том, что Трепашкин сетует на правозащитников и адвокатов, почему его до сих пор не вытащили. Конечно, я-то хорошо понимаю почти полную невозможность для тех и других как-то реально повлиять на ход политического дела в современной России, так что у меня подобных претензий и близко не может быть. Тем не менее я все же прошу по возможности не забывать обо мне…
Всем ребятам — Жене Фрумкину, Карамьяну, Люзакову и другим — привет! Я жду от них писем и буду страшно рад их получать. Да, и большой привет Люде Евстифеевой!
Всего самого наилучшего!
Борис Стомахин, политзаключенный.
9.08.2007.
Буреполом.
[ НАЗАД ] Комментарии () |
