Михаил Трепашкин, отбывающий в колонии ИК-13 четырехлетнее наказание по обвинению в разглашении государственной тайны, в апреле этого года объявил голодовку.
Таким образом он добивался встречи в присутствии СМИ и правозащитников с Уполномоченным по правам человека в Свердловской области Татьяной Мерзляковой. Требования были официально заявлены заключенным в обращении от 31 марта.
Причиной акции протеста стали грубые нарушения законов администрацией колонии ИК-13, пытки и фальсификации, покрывательство этих действий со стороны прокуратуры.
Михаил Трепашкин 20 лет состоял в органах безопасности, был уволен на пенсию, работал адвокатом. Непосредственной причиной его ареста стала защита интересов людей, пострадавших во время взрывов домов в Москве, и адвокатское расследование, выявившее участие в этом преступлении государственных структур РФ. 22 октября 2003 года сотрудники ДПС ГУВД Московской области обнаружили в машине бывшего сотрудника ФСБ оружие. Уголовное дело было возбуждено по статье "незаконное приобретение и хранение боеприпасов и огнестрельного оружия". Помимо подброшенного пистолета, одним из пунктов обвинения стало то, что Трепашкин, еще будучи работником правоохранительных органов, изъял
у несовершеннолетнего Семеютина В.П. 1 (один) патрон от пистолета ПМ,
который сразу же вывез в лес и уничтожил путем выстрела в землю из табельного пистолета. Это было расценено как "незаконное приобретение" (у ребенка!?) одного патрона, его "незаконное ношение" и "перевозку" (к месту уничтожения). И это несмотря на то, что Трепашкин тогда имел право на постоянное ношение огнестрельного оружия, боеприпасов и специальных средств. Пока Трепашкин находился в СИЗО, было составлено еще одно обвинение - " разглашение государственной тайны".
Разглашение состояло в том, что он передал материалы старых сводок прослушивания телефонных переговоров членов гольяновской объединенной преступной группировки (в них, по мнению следствия, содержались данные о
методах работы ФСБ) бывшему коллеге - полковнику ФСБ Виктору Шебалину. По обоим обвинениям Михаил Трепашкин получил 4 года.
19 августа 2005 года Михаил был условно-досрочно освобожден.
Почти сразу же властям стало понятно, что заключение не вразумило неуживчивого адвоката и молчать он не будет. 16 сентября 2005 года остановление об условно-досрочном освобождении было отменено Свердловским областным судом.
Трепашкин был этапирован в ФГУ ИК- 13. Несмотря на наличие смертельно опасного заболевания (бронхиальная астма средней тяжести), его начали направлять на работу в места, где была различного рода производственная пыль и запахи, вызывающие у Михаила приступы удушья, которые расценивались как отказ от работы и карались штрафным изолятором.
15 февраля кассационная жалоба защитников Михаила Трепашкина на постановление Тагилстроевского районного суда г. Нижнего Тагила об отказе в удовлетворении ходатайства об условно-досрочном освобождении было "рассмотрена" коллегией по уголовным делам Свердловского областного суда. В начале заседания Михаил Трепашкин подал ходатайство об отложении рассмотрения дела (на суд не смогли прибыть московские адвокаты Елена Липцер и Сергей Бровченко). Защитник Трепашкина Сергей Кузнецов и адвокат Любовь Косик поддержали ходатайство. Суд в удовлетворении ходатайства отказал. Кроме этого, заседание суда проходило в зале для видеоконференций, так как Трепашкина, находящегося в следственном изоляторе недалеко от здания суда, почему-то, оказалось невозможно доставить в суд лично.
Все, что говорил Трепашкин, транслировалось в зал суда очень громко. Сам же Михаил постоянно жаловался на то, что ничего не слышит. Защита просила дать время на подготовку к процессу для личного общения с подзащитным. Суд предложил предоставить 30 - 40 минут для общения по конференц-связи. Защитники на это не согласились, так как по закону они имеют право на приватное общение с подзащитным, что в случае конферен-связи, транслирующей слова Трепашкина на весь суд, невозможно.
Невозможна по конференц-связи и полноценная подготовка к процессу (например, прочтение письменных документов).
Одним из аргументов, по мнению прокурора, препятствующих освобождению Трепашкина, было то, что в 2003 году на Михаила был наложен штраф за неуважение к суду. Трепашкин, работая адвокатом, был занят в другом процессе и не смог явиться в суд. Суд внял аргументам обвинения и в удовлетворении жалобы отказал.
По мнению защитника Трепашкина Сергея Кузнецова, "…дело это, несомненно, заказное. Михаилу Трепашкину мстит военная мафия, расследованием деятельности которой он занимался. Главная цель этого процесса - физическая ликвидация Михаила Трепашкина, который может умереть от своих болезней, или умереть одной из странных смертей, как не так давно криминальный авторитет Хабаров, найденный повешенным в камере. В учреждении, где сейчас находится Михаил Трепашкин, за последнее время погибли пять заключенных. Если в результате судилища, организованного над моим подзащитным, с Михаилом что-нибудь случится, то ответственность за это возлагается на председателя Свердловского областного суда господина Овчарука".
